Анна Новохатько окончила отделение классической филологии филологического факультета МГУ, там же защитила кандидатскую диссертацию. Участвовала в семинаре по стихотворному переводу И. И. Ковалевой. Училась в Германии и в Греции. В настоящий момент преподает в Институте классической филологии университета Фрейбурга. Переводит с новогреческого, немецкого, итальянского языков, пишет стихи и эссе. В переводах Новохатько опубликованы стихи Георгиса Павлопулоса (в кн. «Театр сна», М.: Итака, 2007, подготовленной к печати Ириной Ковалевой), проза Александроса Пападиамандиса. Еще студенткой Новохатько участвовала как переводчик в «Антологии новогреческой поэзии», переводила стихи и прозу Сефериса, Визииноса, Нолласа.
И воздух наполнен
пением сирен
о бесконечной похоти
На пляже горит
Памятник
Неизвестному
А над мёртвыми крышами
парят Шагаловы
часы
ГЕОРГОС СЕФЕРИС
(1900–1971)
* * *
Дни – камни. Кремни –
нашли друг друга, случайно, и выбили две-три
искры;
камни гумна, их бьют подковы и раздавили многих*,
галька в воде с расходящимися кругами,
цветные и влажные камешки на берегу,
или ликифы, стелы – однажды остановят прохожего;
или рельефы с всадником, уплывшим в далёкое море,
или с Марсием или с Приапом, комплексы фаллофоров.
Дни – камни; наваливаются один на другой…
8 октября 1946
(из дневника)
ЭДИПОВО
Повсюду у Шерлока Холмса филиалы
на всей земле, по всей вселенной;
Эдип повсюду услышит пастуха
хотя ещё не знает что его ждёт.
На перекрёстке стережёт убитый Лай
в саду кто-то бормочет «в тебе угас и слух…»**
сломался тормоз – нервно несётся время –
Владыка! Здесь гаснет свет в глазах – конечная – выходим…
октябрь 1948
(из дневника)
* * *
Как будто
блудница держит сосуд
с удушливым запахом
стекло лопнет***
и разлитое миро стоит дни,
так и нам впиталась в кожу страсть убивать
и не проходит…
октябрь 1948
(из дневника)
(АРГО)****
Мои сказки мне рассказали на кораблях
не путешественники и не моряки
и не те кто ждут в порту
высаженные навсегда шарят по карманам сигарету.
Моя жизнь – лица кораблей;
эти смотрят одним глазом как Циклоп
неподвижные в зеркале моря
те, другие, похожи на муравьёв, третьи – на бабочек
четвёртые движутся как лунатики – опасно
пятые погрузились в сон на дно
доски тросы парусина и цепи.
В прохладном домике в саду
под акациями и эвкалиптами
там, у ржавой ветряной мельницы
там, у жёлтой цистерны с единственной золотой рыбкой (всего-то)
в прохладном домике где пахло ивой
я нашёл морской компас
он показал мне ангелов времён*****…
ноябрь 1948
(из дневника)
* * *
Снег здесь не проходит. В Аттике
это как перерыв, чтобы отдохнуть,
или благоговейный предвестник весны,
или простыня Карагиозиса******, едва утихнут волынки.
Все рады; едут за город и забывают
о бедности. Снег здесь –
конец. Мили ниже нуля
с сиянием белого песка, лица
без щёк, бесформенные, глаза
поджидают без благословенной земли.
Не осмелился бы я упоминать о молитвах, и всё же
однажды режут жертвенного барана;
кровь извергается как ослепляющая вспышка солнца…
январь 1949
(из дневника)
ЗЛО
у нас в крови, почках, бессоннице,
голоде, жажде, измождённости…
*
Сёстры с такими большими глазами
нарколог и хирург
и завеса боли
и суеверие больницы
и ожидание ланцета
в лифте на рассвете.
И выход из эфирной постройки
как пьяный выходит из борделя…
июнь 1949
(из дневника)
*Возможно, отсылка к Дигенису Акриту.
**Слова Эдипа, обращённые к прорицателю Тересию в трагедии Софокла «Царь Эдип»:
Да, в мире, не в тебе – ты правде чужд:
В тебе угас и слух, и взор, и разум. (Пер. С. В. Шервинского.)
***Аллюзия на сцену пира в доме Симона Фарисея и помазания Иисуса миром. 8 октября 1948 года Сеферис пишет в дневнике, что читает в эти дни «Наставление в живописном искусстве» иеромонаха Дионисия Фурноаграфиота: «В доме Христос сидит за трапезою с Симоном и апостолами… Позади Христа блудница держит над головою Его разбитый стеклянный сосуд».
****Тема корабля Арго, первого корабля, построенного человеком, занимала Сефериса давно, с «Мифосказа». Там символ аргонавтов утверждается параллельно с символом путешествия Одиссея. Оба символа в творчестве Сефериса непосредственно связаны сначала с предчувствием, а затем с осмыслением последствий Второй мировой войны. (См. также Νίκος Ν. Νικολάου. Μυθολογία του Γ. Σεφέρη. Από τον Οδυσσέα στον Τεύκρο. Αθήνα, 22000, σελ. 59-60.)
*****В греческом языке слово άγγελος значит «ангел» и «вестник».
******Карагиозис – центральный персонаж греческого театра теней.
ГЕОРГИС ПАВЛОПУЛОС
(1924–2008)
Нигде не нашли
Мы перевернули все вверх дном пока искали
в лачугах и во дворцах
в папоротнике весной
в песках и в снегах
спускались в колодцы
и даже в могилы
но нигде не нашли.
Кого ни спрашивали никто не ответил
куда ни стучались никто не открыл
смелые рассмеялись
робкие испугались
услышав ее имя
Мы перевернули все вверх дном пока искали
и прошли годы
и сгинули люди
но нигде не нашли.
МГНОВЕНИЕ
Иногда срезанной розы
благоухание напомнит лестницу в саду
грудь женщины или прощание
Потом внезапный выстрел
превращающий его в фотографию.
КАМЕНЬ
Ночь голод война
мы на углях раскаленных
жарили камень.
Рассыпался на четыре части
почернел и треснул
но не превратился в хлеб.
Я его кусками
разложил по тарелкам
но никто не притрагивался.
Тогда встав на колени
умоляя простить
завыла мама.
МЕШОК
Я был маленький тогда, я их плохо помню.
Однажды утром они пришли в нашу деревню
но не остались. Медленно
шли по снегу. Их бороды
плыли среди облаков над каменистой осыпью,
и гора поглотила их.
Только последнего не могу забыть. Он сказал «подержи лошадь»,
и зажав подмышкой шапку,
нагнулся к воде напиться
и глаз его сверкнул на меня сбоку.
Оглядел мои лохмотья,
ноги обернутые мешковиной,
палку для ловли птиц в онемевших пальцах,
и как я ему улыбался,
гордо сжимая повод.
Тот же самый глаз смотрел на меня через год
тусклый закатившийся,
когда вытряхнули кровавый мешок,
и покатились по площади
их отрубленные головы.
Это был год, когда я приехал в город
и продавал сигареты на улицах и площадях.
В ЗАБОТЕ
В шипах пылает небо
испуганные птицы
выпархивают из рая
люди безмолвно кружатся
что-то ищут в развалинах
те кого не принимает
ни одна земля
ни одно море
смиренно
заботятся
о бесконечности.